Как я уже говорила, когда я была маленькой, мы с семьей часто переезжали. В одном дворе мне никак не везло с друзьями – все дети были на много старше меня, и только один ребенок был приблизительно моего возраста – Костя, которого все звали Котькой. Я этого Котьку терпеть не могла, а он все время ходил за мной, как привязанный и долго и монотонно что-то бубнил. Что бы избавится от его компании, я залезала на деревья или в заросли кустов, где меня было не видно, но он находил меня и там. Однажды я так на него разозлилась, что оттянула рукой одну из веток, и отпустила ее с таким расчетом, что бы она шлепнула Котьку прямо в лицо. Вот только я не предполагала, что этот удар окажется таким сильным, что ветка порвет Котьке веко и повредит глаз (с тех пор Котька плохо видел этим глазом).
Конечно, потом я долго извинялась перед Котькиной мамой и самим Котькой, а тот долго лежал в больнице.
Недавно я нашла этого Котьку (уже повзрослевшего Константина Петровича) в одной социальной сети. Как глупо… Оказывается, он был таким занудой потому, что был влюблен в меня.

Моя двоюродная сестра Надя одна из тех родственников, с кем я поддерживаю тесное общение даже не смотря на большое расстояние. Она живет в другой стране и только пару раз гостила у нас, а я только несколько раз была у нее. Надя очень поздно вышла замуж. На свадьбу приехать у меня не получалось, но я очень обещала, что приеду в ближайшее время. Потом Надя написала, что она ждет ребенка. Такое большое событие! Конечно, планируя поездку к Наде я купила подарки не только ей, но и ее будущему малышу – погремушки, распашонки, все самое-самое.
К Наде я приехала зимой. Сама сестра не смогла меня встретить, а встретила меня тетка – Надина мама. Когда я распаковывала подарки, тетя Люба заплакала при виде детских вещей.
Как оказалось, в начале зимы Надя перенесла грипп и потеряла своего недоношенного ребенка. Она писала это в письме, но письмо пришло только на следующий день, после моего отъезда к ней, так что я просто не могла этого знать. Невольно я сделала больно, напомнив о перенесенной потере.

Мне было лет десять, когда я впервые поехала в пионерский лагерь. Лагерь был совсем не большой – детей было человек 150, не больше, потому и деление на отряды (куда обычно собирают детей одной возрастной группы), было весьма условным – попадались дети постарше, были дети и довольно маленькие. Самой маленькой в нашем отряде была Люда. Кажется, ей было не больше 8 лет. А из-за того, что она была очень щупленькой и низенькой, ей вообще больше 7 никто не давал. Так как Люда была самой младшей, она у нас была, что называется, на побегушках – если нужно было куда-то сходить, что-то узнать, посылали ее. Когда дежурили на кухне – Люда бегала с тарелками на подносе, а мы критиковали ее работу, и еще Люде все время доставалось - ее дразнили и обзывали. Хотя, кажется, она не сильно обижалась. Ей казалось, что это и есть настоящее лицо взрослой дружбы.
Последней каплей было то, что кто-то обозвал Люду трусихой. Это ее очень разозлило. Что бы доказать, что она храбрая, она одна ночью ходила в пищеблок, целый час сидела в кустах у ворот. А потом мы заставили прыгнуть ее со скалы. Никто этого не делал, а ее заставили, что бы она доказала, что она смелая. Она прыгнула и сломала руку. На следующий день родители забрали ее из лагеря. Мы даже не успели попрощаться.

Был у нашей семьи такой период, когда наш достаток, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Я тогда ходила в младшие классы, так что зарабатывать или хотя бы подрабатывать никак не могла. А вот у родителей что-то там не ладилось с работой, и почти год мы жили совсем бедно. Впрочем, потом дела довольно быстро и хорошо наладились, и ту черную полосу мы все легко забыли.
Помню одну историю тех времен, за которую мне по сей день очень стыдно.
Помню, тогда приходилось экономить на всем, в том числе и на еде, так что разные деликатесы и десерты мы покупали не часто. Однажды мне мама выдала какую-то мелочь, что бы я купила наше любимое лакомство – арахис в шоколаде. Я убежала в гастроном и пока шла обратно с удовольствием угощалась из пакета. Собственно, я так увлеклась, что когда вернулась домой, в пакете оставалось всего несколько драже. Мама тогда ничего не сказала, но я помню как она расстроилась, как у нее опустились плечи и как она жалобно смотрела на остатки арахиса – ей тоже очень хотелось сладенького и вкусненького, а я почти все сожрала сама. Так было стыдно…

Когда я была маленькой, мы часто переезжали из одного города в другой. Да и на месте было устроится не так легко – даже сидя в одном городе, мы часто меняли квартиры, переезжая с улицы на улицу.
Однажды, помню, мы жили на одной улице, в начале которой стоял сумашедший дом. Мы, дети, называли это место просто больницей, и, я уже смутно помню, кажется и не знали, что там лечатся не обычные люди, а те, чьей разум стал подводить. Гулять вокруг больницы нам запрещалось, но как любое запретное место, сквер вокруг желтого дома был самым притягательным местом и мы часто перелазили через забор, что бы побродить в том сквере.
Однажды мы там встретили одну женщину, которая, казалось, при нашем виде очень обрадовалась, и даже о чем-то там с нами поговорила. Когда мы собрались уходить, она вдруг начала кричать и плакать, и даже погналась за нами. Мы быстро влезли на забор и смотрели на нее сверху, кто-то стал кидать в нее камнями, кто-то смеялся, а она все билась об тот злополучный забор и сквозь слезы просила, что бы мы не уходили.
Как потом оказалось, это была многодетная мать, на глазах которых машина сбила двух младших ее детей.

Недавно встретила я в городе свою бывшую одноклассницу, как это бывает перемыли косточки всем, с кем раньше учились – конечно, ведь столько историй успело произойти: кто-то развелся, кто-то остался без работы, кто-то промотал последние деньги. Но самая гнусная история случилась с Димой… Был у нас такой тихоня-очкарик, мальчик из малообеспеченной семьи, обычный ботаник, каких полно в любом школьном классе.
Уж очень мы этого Диму обижали – если в классе что-то раздавали (например, угощенье на день рождения), ему доставалась самая маленькая и плохенькая порция. Любили и просто поиздеваться над ним – особо большие хулиганы Були щедры над подзатыльники и пинки. Диму никто никуда не приглашал и никогда не замечал. Даже учителям было на него наплевать – его редко вызывали, никогда не хвалили.
А тут оказалось, что жизнь после таких «школьных уроков» оказалась у Димы не сахар – он так и не получил высшего образования, сменив три вуза (поступал и бросал, то ли не уживался с новым коллективом, то ли терял интерес). Это все закончилось тем, что Дима повесился…

У каждого из нас в жизни случались такие ситуации, о которых потом очень стыдно и тяжело вспоминать. Это наши скелеты в шкафу, это наша больная совесть. Все эти истории любят вспоминаться, когда ночью долго не можешь уснуть – наваливаются одна за другой, и хочется плакать, кричать, забиться куда-то только не вспоминать, а куда денешься… И не спишь, и ждешь утра, а когда наконец-то засыпаешь, снится такая гадость, что просыпаешься совсем больным и разбитым. Все знакомо?
Вот я недавно взялась записывать эти истории – оказалось их достаточно, что бы сложить из них небольшую повесть о жизни. Увы, я не писатель, так что буду выкладывать сюда, на этот портал, надеюсь кому-то истории покажутся поучительными и назидательными, а мои ночные кошмары будут не такие мучительные. Все таки когда с кем-то поделишься своими переживаниями, становится как-то легче, как будто груз с души. Надеюсь, вам будет не в тягость послушать.
Итак, во мои истории…
Поехали!

Как неприятно, что одни люди ставят себя выше закона и откровенно плевать хотели на жизнь и безопасность других людей. Мне всегда казалось, что чем выше человек по статусу, тем с большей долей осознания ответственности он должен обладать, т.е. он раза в два чаще чем любой другой смертный должен задумываться о том, что повлечет за собой его поступок. Но практика показывает, что чем выше забирается человек по карьерной лестнице, чем значимее он становится в обществе, тем более наплевательски он относится к другим и тем более беспечно относится к своим проступкам.
Вот вчера на одном из не самых оживленных перекрестков сбили сестру моей подруги. Дело обошлось переломом ноги и испугом. Хотя, конечно, последствия могли быть и более фатальными. А ведь девушка переходила дорогу по пешеходному переходу и на свой сигнал светофора.
Водитель, который ее сбил, скрылся с места происшествия, предварительно как следует нагрубив всем, кто был свидетелем происшедшего. Вердиктом всему была его фраза: «Да вы знаете кто я такой?».
Почему-то нам с подругой кажется, что он останется безнаказанным.

Недавно сидели в кругу подруг и вдруг так печально стало. Оказывается, как в этом мужском мире тяжело быть женщиной! И у каждой есть такая история – то мужчина избил (потому, что козел и потому, что он заведомо физически сильнее), то на желанной работе на собеседовании отказали, потому, что на эту должность видят мужчину, а не женщину. Мол, какой из женщины начальник?
Всегда так обидно было, когда мой папа говорил, что женская доля – стоять у плиты и детей рожать. Всегда огрызалась – типа, «папочка, может быть для рождения ребенка у плиты – не самое удобное место?».
Помню, как в вузе наш декан говорил – девочки, а зачем вам высшее образование? Все равно путь один – замуж. А там уж кому как повезет…
И мало того, что мы, женщины, ради того, что бы чего-то достичь, работаем как проклятые – кресло начальника нам достается большими силами, так еще и дома – добровольное рабство, от которого не убежать. Богиня в постели, хозяйка на кухне, шеф – на работе, а какими силами это все достается?

Недавно заметила, что обзавелась очередной фобией – я до ужаса боюсь принимать самостоятельные решения, а главное меня страшит понимание, что я несу за них ответственность. При чем, одно дело – какие-то рабочие вопросы. В таких вещах я, почему-то, чувствую себя более уверенно, как будто я решаю проблемы какие-то отстраненные, меня вовсе не касающиеся. А вот в повседневной жизни, как оказалось, меня преследуют неразрешимые дилеммы, связанные с большими стрессами. Как оказалось, мне уже страшно даже продукты на ужин покупать – все боюсь, а вдруг это дорого, а вдруг это не вкусно, а вдруг я своих родных вообще отравлю. И вот так с корзиной в руке могу стоять посреди супермаркета и переживать огромное количество этих «вдруг». Это так невыносимо…
При чем разум мне подсказывает, что мои переживания надуманные, а я ничего не могу с собой поделать, во всем мне видится какая-то особая ответственность, которая кажется мне не по силам. Может быть, мне пора к психологу? Или даже психиатру…

Моя история и печальная, и веселая одновременно.
Под моими окнами находится небольшой заброшенный сквер, а чуть левее от него – автостоянка. На стоянке живет несколько собак, которые охраняют машины. Недавно у одной из этих собак родились щенки. Некоторых забрали, а одни остался жить при стоянке, как и его мама.
Пару недель назад я полночи слушала, как бедный щенок плакал где-то у меня под окнами. Как оказалось, он свалился в старый коллектор и не мог сам выбраться.
Утром я за десятку попросила нескольких местных алкашей этого щенка оттуда достать.
Щенок был спасен, все счастливы.
Но ужас в том, что алкаши запомнили, как легко им достались деньги, и за последние пару недель, бедный щенок оказывался в яме еще пять раз…
Чувствую себя виноватой. Я невольно превратила собачью жизнь в ад – раз в несколько дней ночевать в яме я не хотела бы.

Человечество, увы, тупеет. Это очень видно по тому, что и как пишется на различных сайтах, форумах, порталах. Это такая редкость, что человек может грамотно и связно выразить свою мысль. При чем я не говорю о подростках и детях. Вполне взрослые люди пишут такое, что смотреть страшно.
Вот несколько простых примеров. Я, вот, коллекционирую варианты написания слова «дебил» - популярное ругательство, синоним умственной отсталости, вполне цензурное литературное слово. Как пишут? А как угодно: «дИбил», дЫбил», или даже «деМбил».
Многих неграмотных, но, увы, не умных людей спасает проверка орфографии. Тогда появляются такие «перлы» типа «бАрдовые туфли». Они что, для бардов шились?
Это какая-то повальная болезнь. Носителей грамотной речи можно встретить только на сайтах, где общаются филологи. Да и то…
Мне интересно, а что будет дальше? Начнем гукать и мычать, как мартышки? Полезем обратно на дерево?